- Ошибка .
Главная 
Рассказы туристов Christmas in New York. День первый, небоскребы снизу вверх и сверху вниз
Рассказы туристов Christmas in New York. День первый, небоскребы снизу вверх и сверху вниз
Christmas in New York. День первый, небоскребы снизу вверх и сверху вниз
 «На улице падал маленький неслышный дождь. Но если бы даже была гроза с громом и молнией, то и ее не было бы слышно. Нью-Йорк сам гремит и сверкает почище всякой бури. Это мучительный город. Он заставляет все время смотреть на себя. От этого города глаза болят. Но не смотреть на него невозможно». И. Ильф и Е. Петров. "Одноэтажная Америка". Гуляя по Нью-Йорку, я очень часто вспоминала эти слова из «Одноэтажной Америки» Ильфа и Петрова. За неделю я успела полюбить этот город и очень хочу вернуться туда снова. Но все же не могу не признать, что Нью-Йорк немного пугает, обескураживает, сбивает с толку. Он действительно гремит и сверкает. Его небоскребы возвышаются над тобой и давят своей огромностью – они СЛИШКОМ большие. Ты задираешь голову, чтобы увидеть вершину дома, поднимаешь взгляд все выше и выше, затылок уже упирается в спину, но крыши так и нет, она теряется где-то в облаках. От этого испытываешь одновременно чувство восторга и ужаса. Постоянно пребывать в таком состоянии очень сложно. Поэтому то и дело крутится на языке вопрос Берти Вустера: «Как ты думаешь, Дживс, зачем они строят такие высокие дома?».
Из Центрального парка мы вышли на Пятую авеню – одну из самых знаменитых и роскошных улиц Нью-Йорка. По вывескам на домах можно составлять каталог модных дизайнеров или парфюмерных марок. Именно на эту улицу приезжала позавтракать Холли Голайтли – конечно, к магазину «Тиффани», где все так чинно и благородно, что тут же успокаиваешься. Не уверена, впрочем, что в наши времена кому-то удается чувствовать себя спокойно на Пятой авеню – уж точно не в период рождественских распродаж. Люди идут по тротуарам сплошным потоком, в некоторые магазины выстраиваются змейкой очереди.            Район, по которому мы гуляли, - Восточный Мидтаун (Midtown East) можно считать центром Манхеттена. Именно здесь стоят самые знаменитые нью-йоркские небоскребы – Empire State Building и Chrysler Building. В этом районе устанавливается и главная рождественская елка страны – на территории Рокфеллеровского центра, рядом с золотым Прометеем. Здесь же заливают каток, еще более знакомый по кадрам из фильмов, чем в Центральном парке. Билеты недешевые - $21 в праздничные дни + $10 за прокат коньков. Но от желающих нет отбоя, даже очереди небольшие выстраиваются.  Но мы кататься на коньках не стали (хотя желание такое у меня было…), у нас была другая цель. В центральном и самом высоком здании Рокфеллеровского центра – GE Building – работает смотровая площадка Top of the Rock. С высоты 69 этажей (или 259 метров) открывается превосходная панорама города, которую мы и стремились увидеть. Стоимость билетом на смотровую площадку – 25 долларов, вход с 8.30 утра до 11-ти вечера. Мы зашли в огромный вестибюль небоскреба и некоторое время кружили по нему в поисках входа на обзорную площадку. Тут я хочу упомянуть небольшой факт, касающийся строительства небоскребов в Нью-Йорке. Со стороны создается впечатление, что строят их «кто во что горазд». На самом деле еще с 1916 года в штате был принят так называемый Закон о зонировании, следящий за тем, чтобы высокое здание не создавало ограничений в видимости и проникновении света для близлежащих строений. С этой целью небоскребы в начале века строились уступами – таким образом, чтобы ничего, кроме первого уровня, с улицы не было видно. Со второй половины прошлого века этот закон также обязывает застройщиков выделять свободное пространство перед зданиями, устраивать общедоступные пассажи внутри них, позволять вставлять в здания вестибюли метро. Общедоступная часть небоскреба GE Building представляет собой довольно большой торговый комплекс с магазинами, кафе и ресторанчиками. К счастью, по пути периодически встречаются девушки и молодые люди в футболках с надписью «The Top of the Rock». - Вы на смотровую площадку? Вам вниз по лестнице, кассы находятся на уровень underground. - Тебе не кажется странным, что, для того, чтобы подняться на крышу здания, нужно сначала спуститься в подвал?.. В билете указывают время пропуска на смотровую площадку – можно прийти чуть позже него, но раньше нельзя. Проверяющий билеты молодой человек интересуется – откуда, мол, прибыли? – и отпускает всякие шуточки. Узнав, что мы из России, оживленно восклицает (разумеется, на английском): - О, Россия! Это у вас на площади замороженный человек (frozen man) лежит? Я не сразу поняла, о чем речь, но быстро дошло, что он говорит о Ленине. - Да, лежит… - Ну вы, ребята, даете! – почти восхищенно восклицает парень. Перед проходом посетителей пропускают через рамку и просвечивают сумки – к безопасности в Америке относятся более чем серьезно. Человек по 10 запускают в лифт, лифтер желает счастливого пути, двери закрываются и… в то время, как лифт начинает двигаться вверх, свет в нем гаснет и выясняется, что у лифта стеклянная крыша. А шахта освещается маленькими огоньками, стремительно двигающимися на тебя. Зрелище – захватывающее и пугающее одновременно, хочется зажмурится, но ты не можешь этого сделать. И снова вспоминаешь Ильфа и Петрова – от этого города глаза болят, но не смотреть на него невозможно… И вот наконец мы на 67-м этаже, в небольшом холле, где можно отдохнуть, купить карту и сувениры. Но нам пока не до этого, мы торопимся на смотровую площадку, с которой перед нами открывается весь Манхеттен.     Сразу чувствуется отличие Нью-Йорка от всех других городов, на которые мы смотрели со смотровых площадок. Когда смотришь на Париж с Эйфелевой башни или Флоренцию с собора Санта-Мария-дель-Фьоре, весь город оказывается далеко внизу. В Нью-Йорке же в первые секунды ты даже не осознаешь, насколько высоко находишься – город как будто бы на одном уровне с тобой, лишь немножко пониже. И только когда посмотришь вниз, в просветы между небоскребами и увидишь игрушечные желтые машинки и крошечных человечков, по спине пробегают мурашки и невольно хочется вцепиться покрепче в перила. Кстати, смотровая площадка состоит из трех уровней-этажей. Первый уровень самый большой по площади, но обзор там закрыт стеклами. Так что самое раздолье для фотографов на втором и третьем уровне – там ничто не мешает сделать очередные гениальные снимки.  Мы пришли на смотровую площадку в очень удачное время – около 4-х часов дня. Некоторое время любовались городом, фотографировали, искали на специальной карте название каждого небоскреба. Потом немножко отдохнули на диванчиках в холле. И когда на город опустился вечер (а зимой, как вы понимаете, это происходит довольно рано), снова вышли на площадку. Не могу не сказать банальность – у нас захватило дух. Ночной Нью-Йорк оказался еще прекраснее дневного.     После такой красоты оставалось только прогуляться по рождественскому базару, глазея на яркие игрушки, и выпить чашку горячего сидра.     Впрочем, вечер на этом не закончился – нас ждал концерт французского музыканта Реми в музыкальной школе Juliard. Но фотографировать в ней было нельзя, поэтому рассказ о первом дне в Нью-Йорке завершается. |
