Падал прошлогодний снег. Часть 4. Киев Булгаковский

К дому Булгакова мы вновь идем по Андреевскому спуску, где когда-то Михаил Афанасьевич прогуливался со своей первой женой Татьяной. И ведь встретились жители городов, столь важных в судьбе Булгакова – именно в Саратове жили родители его первой возлюбленной, здесь на ул. Сакко и Ванцетти жил писатель в пору ухаживания за будущей супругой (Как-то не звучит: Булгаков и Сакко и Ванцетти. Бред).

Наш путь к Дому извилист и приводит нас на старокиевскую гору, где расположилась Пейзажная аллея. С горы видна Воздвиженка – местность, расположенная расположенную между горами Замковой, Старокиевской и Дытынкой, между Верхним Валом и Андреевским спуском и занимающая четыре улицы – Дегтярную, Кожумяцкую, Гончарную и Воздвиженскую. Воздвиженка – тоже булгаковское место – на улице Воздвиженской в доме № 10 родился писатель. Экскурсовод показывает нам сокрытое туманом место, где в 1748 году был возведен деревянный храм, сгоревший в пожаре в 1811 году. На его месте была построена церковь Воздвижения Креста Господня, от названия которой и появилось название Воздвиженской улицы и района Воздвиженки. По старинному преданию в алтаре храма хранится святыня православного мира – деталь Креста Господня. В этой церкви и был крещен автор «Мастера и Маргариты».

«Самый дальний конец улицы, поворачивая влево, сообщается с Андреевским спуском, а рядом извиваются Гончарная, Кожемяцкая, Дегтярная улицы и переулки – древнее средоточие киевско-подольских  ремесленников. Над этими улицами-урочищами вздымаются обрывистыми склонами старокиевские горы – с осыпями желтых глин
и белых песков, с зарослями дерезы, писком стрижей и стрекотом кузнечиков».

М.А.Булгаков

Известен этот район и тем, что здесь жил и работал первый народный украинский художник – Григорий Светлицкий. Сейчас на улице Дегтярной расположен его мемориальный дом-музей, в котором можно увидеть работы художника. Он же расписывал и Крествоздвиженскую церковь.

Вообще-то, Воздвиженка – улица Нижнего Города, или Подола. Воздвиженский квартал, раскинувшийся буквально у наших ног, даже издали поражает великолепием домов и роскошью их декора. Строительство квартала было закончено совсем недавно и, как говорят, проходило под лозунгом «Возродим киевскую аристократию». В голосе экскурсовода слышится ирония. Оказалось, нам не показалось. Второе название застройки – квартал Гончары-Кожемяки – проливает свет на историю территории.

Во времена Киевской Руси, когда на Старокиевской горе располагался княжеский замок с укреплениями, самым оживленным районом был Подол. Здесь был порт и большой рынок, а в урочище Гончары-Кожемяки находились поселения ремесленников-гончаров и дегтярников, цеха которых существовали здесь до начала XIX столетия. В то время Киев славился изделиями своих мастеров – красивой посудой, расписанной древними узорами, искусными ювелирными изделиями.
 Когда время мастеровых, цеховщиков и обычных гончаров прошло, здесь построили благополучный купеческий район - надежные двух и трехэтажные особняки в которых обитали семьи богатых киевлян. До 70х годов прошлого века  этот район в основном был застроен деревянными домиками.

Потом их снесли, задумав построить очередные высотки. Высотки не построили, зато, уже в ХХІ веке здесь решили возродить киевскую интеллигенцию.

Сейчас это как бы район «элитной», «фешенебельной» недвижимости. Его называют «городком миллионеров», «спальником для миллионеров». Дома на «Воздвиженке» строятся по эксклюзивным проектам, они имеют не больше пяти этажей и относятся к недвижимости, называемой классом DeLuxe. Дизайн всех новых домов сделан в стиле «под старину». Ни один дом здесь не похож на другой, а архитектура зданий должна воспроизводить в деталях архитектурные стили конца XIX века – в подавляющем большинстве барокко и модерн вперемешку с готикой. Все дома разных цветов. Смотрится ярко, необычно, красиво. Но… как и в замке Ричарда на Андреевском спуске, так и на Воздвиженке – дома красивые, но в них никто не живет, и они потихоньку разрушаются. Воздвиженке даже придумали новое определение – «Мертвый проект». Причин этому нашлась целая уйма. Самая неинтересная и банальная причина – высокая стоимость жилья в этом районе. Еще по одной версии, те, кто купил себе элитное жилье на Воздвиженке, не могут переехать в свои дома и квартиры из-за того, что не подключены коммуникации. Строители объясняют это тем, что из-за долгого простоя существующие в ХХ веке системы жизнеобеспечения вышли из строя, а новые никто не предусмотрел. Третья версия, опять-таки проектная, утверждает, что план застройки был нарушен – увеличилась этажность зданий, плотность застройки и количество подземных сооружений. Это привело к повышению и без того высокого уровня грунтовых вод, которые подмывают фундаменты и разрушают строения. Говорят, что в некоторых из них уже появились трещины. Киевски архитектор Георгий Духовничий вообще сомневается, что в домах когда-нибудь можно будет жить. Ну а самое интересное объяснение придумали специалисты по биоэнергетики, которые объявили район геопатогенным (слово-то какое!). По преданию Воздвиженка – место где по легенде убил змея Кирилло Кожемяка. Так что, во-первых, это место убийства, во-вторых жил тут вовсе не богатырь, а именно змей, который опоясывал собой землю, кусая самого себя за кончик хвоста как раз под этим местом. А в-третьих, ради элитного долгостроя с насиженных мест согнали тучу жившего здесь десятилетиями народа, что, конечно, не вызвало у них, наверное, светлых чувств и благодарности к инициаторам проекта. Вот и не заладилось… Кстати, может, отсюда появилась у Михаила Булгакова такая тяга ко всему мистическому?

Повествуя о булгаковских реалиях в современном Киеве, наша замечательная экскурсовод мило рассказывала о... Викторе Некрасове, который открыл для мира дом Турбиных и вообще был большой выдумщик, фантазер и оригинал. О чем бы не заходила речь, все заканчивалось этим Некрасовым...

Чтобы было понятней, Виктор Платонович Некрасов – русский и советский писатель, родившийся в Киеве в 1911 году, и окончивший свои дни в Париже в 1987. Парадокс российской истории: этот человек был и лауреатом сталинской премии, и диссидентом, вынужденным отправиться в эмиграцию.

Виктор Некрасов, сын врача, окончивший архитектурный факультет Киевского строительного института, еще и прошел обучение в театральной студии при театре. После окончания института работал актёром и театральным художником.

В 1941—1944 годы был на фронте полковым инженером и заместителем командира сапёрного батальона, участвовал в Сталинградской битве, после ранения в Польше, в начале 1945 был демобилизован.

Именно Виктор Некрасов привлек внимание людей к дому Булгакова в Киеве. В восьмом номере «Нового мира» в 1967 году он опубликовал свой очерк «Дом Турбиных». С этого момента дом писателя стал легендой и Города, в целом, и Андреевского спуска, в частности. И во многом с подачи Некрасова здание приобрело бОльшую известность как дом литературных героев, а не дом их создателя – Дом Турбинных.

“...Мебель старого красного бархата... потертые ковры... бронзовая лампа под абажуром, лучшие на свете шкафы с книгами, пахнущими таинственным старинным шоколадом, с Наташей Ростовой, Капитанской дочкой, золоченые чашки, портреты, портьеры...”

Одним словом, Турбины вошли в мою жизнь. Вошли прочно и навсегда. Сначала пьесой, МХАТом, потом и романом, “Белой гвардией”. Написан он был раньше пьесы — за год, за два, но попал мне в руки где-то в начале тридцатых годов. И укрепил дружбу. Обрадовал “воскрешением” Алексея, “убитого” Булгаковым, правда, после, но для меня до романа. Расширил круг действия. Ввел новых лиц. Полковника Малышева, отважного Най-Турса, таинственную Юлию, домовладельца Василису с костлявой и ревнивой Вандой — женой его. На сцене МХАТа была уютная, обжитая, такая же симпатичная, как и населяющие ее люди, квартира с умилявшими до слез Лариосика кремовыми занавесками, в романе же ожил весь “город прекрасный, город счастливый, мать городов русских”, занесенный снегом, таинственный и тревожный в этот страшный “год по рождестве Христовом 1918, от начала же революция второй”.

Для нас, киевлян, все это было особенно дорого. До Булгакова русская литература как-то обходила Киев — разве что Куприн, да и то очень уж довоенный. А тут все близко, рядом — знакомые улицы, перекрестки. Святой Владимир на Владимирской горке с сияющим белым крестом в руках (увы, этого сияния я уже не помню), который был “виден далеко, и часто летом, в черной мгле, в путаных заводях и изгибах старика-реки, из ивняка, лодки видели его и находили по его свету водяной путь на Город, к его пристаням”. 

Итак, мы в Доме.

Душа трепещет от двойной радости. Во-первых, от предстоящей встречи с героями любимого писателя (э-э-э, любимого – странное слово. Пожалуй, даже не верное в принципе, но другое не подбирается… Как еще определить художника, чей талант вызывает трепет, восхищение, уважение? Таких «любимых» наберется немало, и так невыразительно это определение по отношению к каждому из них… ой, ну, заехала куда-то), а во-вторых, просто от возможности согреться. Хоть и лестно вспоминать, что была мечтой поэта, но вот знойностью в тот день я как-то не отличаласьJ

Музей Михаила Булгакова в Киеве был учрежден в 1989 году решением Киевского горисполкома. Михаил Афанасьевич Булгаков жил с родителями с 1906 по 1919 год, впоследствии писатель вместе со своей первой женой Татьяной снимал здесь комнату. В этом же доме Булгаков вел частный прием как врач. А на двери его кабинета красовалась табличка «Венерические болезни и сифилис».

Была произведена реконструкция здания, при которой использовались документы из личных собраний и государственных архивов города. Смогли восстановить даже изначальную планировку комнат.

Музей был открыт для посетителей в день столетнего юбилея Михаила Афанасьевича Булгакова 15 мая 1991 года.

В целом коллекция музея Михаила Булгакова насчитывает свыше двух с половиной тысяч предметов, из них около 500 реально принадлежали семье Булгаковых. Основой экспозиции стала личная коллекция Анатолия Петровича Кончаковского – основателя и директора музея. Кончаковский на протяжении всей своей жизни буквально по крупицам собирал булгаковские реликвии. Многие подлинные вещи, книги, автографы, оригинальные фотографии были переданы в музей родными и близкими писателя.

В свой дом на одной из старейших киевских улиц Андреевском спуске, писатель «поселил» героев романа «Белая гвардия»

Много лет, в доме № 13 по Алексеевскому спуску, изразцовая печка в столовой грела и растила Еленку маленькую. Алексея старшего и совсем крошечного Николку

М.А. Булгаков «Белая гвардия»

Поэтому музей представляет собой некий микс из реальности и фантазии. Это здание писатель В.П. Некрасов и назвал «Домом Турбинных». Кстати, фамилия Турбиных для Булгакова – не чужая, такую фамилию носила в девичестве его бабушка Анфиса Ивановна.

Экспозиция «Дом Турбинных» разместилась на втором этаже здания. Цель организаторов  - добиться того, чтобы, заходя в квартиру, посетители ощущали атмосферу жизни и самого писателя, и героев его романа «Белая гвардия» – семьи Турбинных.

Для осмотра предлагаются семь комнат второго этажа, которые расположены так же, как и при жизни здесь Булгакова, и так же, как они описаны в «Белой гвардии». Это гостиная, столовая, медицинский кабинет, книжная и комнаты членов семьи писателя (они же – комнаты персонажей романа).

Экспозиция представлена как реальными вещами, некогда принадлежавшими членам семьи Булгаковых, так и нереальными вещами героев Турбинных. Причем, несуществующие в реальности вещи выполнены в белом цвете, который весьма символичен для Булгакова. Это и цвет снега, «засыпавшего» роман, и цвет мечтаний и грез, так присущих писателю, в конце концов, это цвет медицинского халата.

Например, стоят два стула - деревянный и деревянный, крашенный  белой краской... Словно приведения или покойники... Нет, конечно, идея интересная. Но все равно отдает смертью... И пусть в булгаковском романе умирал старый мир и рушился привычный уклад, и пусть и создателя этого мира уже давно нет в живых, мне было странно оказаться в этом потустороннем замершем в пыльно-белой неподвижности мире. Это не та жизнь, которую, как мне казалось, создавал Булкагов. Его вселенную населяли звуки, краски, лица, голоса, образы... Даже вещи его мира воскрешали воспоминания о людях, их мыслях, переживаниях. Вещи хранили души и вносили в помещение жизнь... а здесь было именно помещение с вещами, жизни в нем не было. Наверное, в нем даже была душа... но чья-то другая, гордая своим креативом, проделанной работой, хорошей организацией выставки... но...

Интересна комната сестры писателя Вари, где она жила вместе с мужем (в романе это комната Елены). Вход в комнату самого писателя необычен. Это шкаф с табличкой квартиры №50 из романа «Мастер и Маргарита». Есть еще одна мистическая комната, которую видно из столовой через зеркало, поэтому ее называют «пятое измерение». Здесь умирал Алексей, а в реальной жизни - отец Булгакова. (Уфффф, говорила же, что здесь смертью отдает…)

Зато все философские рассуждения растворились в красивой чашке ароматного чая, приготовленного сотрудниками музея на булгаковской веранде.

Три вида чая, кусочки кекса, варенье также трех видов - чинно, вкусно, тепло.

Бронзовый Булгаков, стоящий возле входа в дом-музей, прощается с нами и глядит нам вслед. Кстати, киевский памятник писателю тоже имеет достаточно интересную историю. Идея установить его родилась у сотрудников Музея Булгакова и представителей Фонда содействия развитию искусств. Она возникла довольно давно, однако в бюджете страны никак не находилась достаточная сумма на этот проект. В выставочных залах фонда на Контрактовой площади была открыта большая экспозиция произведений известного скульптора Николая Рапая, где был представлен и проект монумента Булгакову. После вернисажа работа вернулась в мастерскую, ожидая финансирования.

Первая тайна, которая возникла в связи с установлением памятника Булгакову – имя мецената, который пожертвовал 70 тысяч долларов. Однако на этом странности и тайны, окружающие этот постамент, не закончились. Спонсор пожелал видеть в качестве автора памятника именно Николая Рапая. Когда мастера спрашивали о том, как проходит работа, он категорически отказывался что-либо комментировать, поскольку ужасно боялся сглазить.

Ненастным осенним днем 15 октября 2007 года в Киеве памятник Булгакову все-таки был установлен на Андреевском спуске, возле дома №13. Очевидцы утверждают, что как только подъемный кран медленно, очень бережно приподнял ценный груз и стал перемещать его, из-за туч выглянуло солнце, как будто бы сама природа радовалась такому событию. (???)

Бронзовое изваяние изображает писателя, сидящим на скамейке. Самыми примечательным является тот факт, что памятник Михаилу Булгакову стал первым монументом писателю не только в Украине или России, но и в целом мире.

А вот липы я что-то не заметилаL Куда дели?!?!?!?